Позивний Псих. Відчайдушно сміливий медик, який віддав життя на війні
Цитата:
У него был позывной Псих – он не надевал никогда бронежилет и каску, и был отчаянно смел.
Как писать о том, с кем никогда не разговаривала, когда видишь только фотографию улыбчивого парня? Это и сложно, и просто.
Можно почитать уважаемую мной Анастасию Берёзу о нём:
"Первый, кого надо наградить – это медик Игорь Зинич, с позывным Псих, о котором в новом терминале ДА ходили легенды. До войны обычный фельдшер из Киевской области, он провел в аэропорту месяц и потерял безвозвратно только одного из раненых. Игорь умудрялся под постоянными атаками в крошечной комнате творить чудеса и в прямом смысле возвращать бойцов с того света. По разным свидетельствам, таких на его счету – минимум 50 человек.
Сам Игорь погиб под завалами терминала в последний день обороны от осколочного ранения и переломов...
Ему было всего 25 лет. Он не успел завести даже семью.
Звезда Героя Украины, которую, безусловно, заслужил человек, в экстремальных условиях спасший десятки жизней, – стала бы не только единственным утешением его родителям, но и обеспечила бы им гарантированные этим званием социальные льготы..."
 
Надо поговорить с Олей Башей, которую все знают как Кроху. Ту, которая ездила из Песок забирать раненых – тех, кого вытаскивал с того света Игорь.
Она говорит о нём с такой нежностью и грустью: "Он был крут, и это так... Он не сдержал своего слова – а кричал на весь терминал: "Крошечка, выйду с терминала и женюсь на тебе!.." Он спас многих ребят, до 100 бойцов..."
Надо видеть, как переживает Оля и хочет, чтобы хотя бы посмертно отметили храбрость Игоря.
Надо говорить с Иваном Шостаком – только у Вани каждый день перевязки под наркозом.
...Я поехала в Пущу-Водицу, чтобы поговорить с побратимом Игоря, Юрием Совой, который откопал и вытащил из под завалов аэропорта окровавленного Психа.
 
|
– Ми познайомились ще на Яворівському полігоні, восени, служили в 80-ці.
Коли 17-го ми зашли в аеропорт, він там був із хлопцями. Його давно хотіли відправити на ротацію, але він не хотів їх кидати, бо хлопці йому вірили.
Вже 17 січня його поранило при обстрілі, та він себе 300-м не вважав, сам перебинтував собі голову й надалі допомагав хлопцям.
Всі ті дні, коли нас годували обіцянками витягнути, аби ми тільки протримались ще годинку, коли ми вишукували цукор для поранених, щоб надати їм сил, збирали воду, ставили під воду баклажки та вона стікала по пологим поверхням. Вода була з перцем…
– Это после газов, которыми вас травили?
– Так, від газів, рвало сильно та очі щипало, але ми закривали обличчя вологими серветками і через них дихали. Сепари думали, що нас перетравлять газом. А коли зрозуміли, що це не так – підірвали.
– Расскажи мне про его позывной: почему Псих? Это из-за того, что отказывался надевать броник?
– Так, він ще сварився, коли йому казали надягти: "Да пішло воно все…"
Після того як вони підірвали термінал, ми повитягали тих, кого змогли. Псіха я відразу не впізнав, бо він був весь в крові і без свідомості, я на витягнутих руках його тримав, допоки не забрали. Ми мали зв’язок із сепарами і попросили машину вивезти поранених – тих, кого відкопали з-під завалів...
Ми відкопали, мабуть, дев’ятьох або десятьох, і нікому було надати їм навіть першу домедичну допомогу.
А замість нашої машини приїхали сепари... Ось такої...
Джерело: